Немецкий ветеран раскрыл правду о первых минутах войны с СССР

Он выжил. Он помнит. Он до сих пор слышит грохот танков и крики солдат, бегущих под огнём. Ганс Мюллер — один из немногих, кто пережил первые часы операции «Барбаросса» и спустя десятилетия решился рассказать, что действительно происходило в ту роковую ночь на 22 июня 1941 года. Его воспоминания — не сухие строчки из учебников, а живая, пульсирующая боль, пропитанная порохом и страхом.

«Мы думали, это будет лёгкая прогулка»

Ганс служил в 3-й танковой дивизии вермахта. В ночь перед нападением его рота стояла в нескольких километрах от советской границы. «Нам сказали, что русские даже не успеют проснуться», — вспоминает он. Командование уверяло: «Красная Армия развалится за неделю». Но уже в первые минуты всё пошло не по плану.

В 3:15 утра начался артобстрел. Земля дрожала, небо пылало. «Мы ждали, что после такого удара сопротивление будет нулевым», — говорит Ганс. Но когда немецкие танки пересекли границу, их встретили не бегущие в панике красноармейцы, а шквальный огонь из замаскированных дотов. «Они знали, что мы придём».

Первые потери: шок вермахта

Советские пограничники держались до последнего. «Мы несли потери уже в первые минуты», — признаётся ветеран. По немецким документам, только за первые три часа боев 3-я танковая дивизия потеряла 14 машин. «Это был неожиданный удар по нашей самоуверенности».

Ганс вспоминает, как их командир, оберст Фридрих Кунц, кричал в радиостанцию: «Здесь не пустое поле, здесь настоящая армия!». Разведка вермахта просчиталась. Советские войска не только не бежали — они контратаковали.

«Русские дрались как звери»

Особенно немцев потрясло сопротивление Брестской крепости. «Мы думали, что после бомбёжки там никого не останется», — говорит Ганс. Но когда пехота вошла внутрь, её встретили штыки и гранаты. «Они стреляли даже раненые, даже дети!» — с дрожью в голосе вспоминает он.

Советские солдаты использовали всё: бутылки с зажигательной смесью, лопаты, камни. «Один русский, с перебитыми ногами, подорвал себя вместе с нашими сапёрами». Такое фанатичное сопротивление не укладывалось в голове у немецких солдат. «Нам обещали лёгкую победу, а получили ад».

Цена первых часов

К вечеру 22 июня вермахт продвинулся на 60 км вглубь СССР, но потери были огромными. Только за первый день:

• 196 немецких самолётов сбито (в 4 раза больше, чем ожидалось)
• 1 200 солдат убито (в основном в пограничных боях)
• 34 танка уничтожено (включая новейшие Pz.IV)

«Мы ещё не знали, что это только начало», — вздыхает Ганс. Первые часы войны показали: блицкриг против СССР не сработает.

Правда, которую скрывали

Немецкие газеты трубили о «разгроме Красной Армии», но солдаты знали правду. «Мы хоронили своих товарищей уже в первый день», — говорит ветеран. Командование требовало быстрого продвижения, но сопротивление только усиливалось. «Каждый километр вглубь России стоил нам крови».

Ганс Мюллер прошёл всю войну, но первые минуты 22 июня 1941 года так и остались для него самым страшным воспоминанием. «Тогда мы ещё не понимали, что начали войну, которую не сможем выиграть».